16 декабря 2010 года Совет Ассоциации Российских Банков утвердил стандарт Программа управления непрерывностью деятельности кредитных организаций банковской системы Российской Федерации. Спецификация.

Идея существования такого стандарта, наверное, правильная.

На сегодня это уже третий документ после 242-П и СТО БР ИББС-1.0-2010, претендующий на регулирование управления непрерывностью деятельности (или непрерывностью бизнеса, смотря какой из документов смотреть) в банковском мире. На мой взгляд, было бы логично, если бы этот стандарт учел существующие требования 242-П, СТО БР ИББС, плюс документы Базельского комитета и ЕЦБ, создав единый руководящий документ. Но не тут то было. Кроме 242-П, ничего из вышеперечисленного не попало в перечень «Связанные стандарты». Более того, область применения стандарта была ограничена только для «операционных рисков, связанных физической угрозой активам» (орфография сохранена), остальное осталось за кадром.

В результате получилось нечто немного странное. Стандарт построен в той же логике, что 25999, при этом местами расширен с учетом других стандартов (25777) и лучших практик. В этой части документ неплох (примерно настолько же, насколько неплох BS 25999), хотя идея делать нестандартные велосипеды на базе стандартных без особой на то нужды мне не очень нравится.

Несмотря на сохранявшуюся до последнего момента надежду, специфики предметной области я в стандарте не заметил, за исключением разве что раздела «Резерв денежных средств», и то весьма ограниченно.

Соответственно, на выходе получили универсальный документ, в котором к слову «организация»  добавлено «кредитная». Ни специфику отрасли, ни масштаб кредитной организации (а как следствие — ее влияние на платежную систему в целом) документ не учитывает. Стоило ли это года работы — не уверен.

По мелочам — несмотря на статус окончательного документа, в тексте присутствует изрядное количество орфографических ошибок. Кроме того, приложения местами получились забавные.  Со скромностью у авторов стандарта все отлично — уровни зрелости предлагается оценивать следующим образом:

  1. Начальный (хаотический, спонтанный) уровень – соответствие рекомендациям, изложенным в положении 242-П Банка России.
  2. Формализованный уровень – соответствие требованиям международного стандарта BS25999.
  3. Оптимизированный – соответствие данному стандарту.

И да сопутствует удача в момент ЧС тем, кто не забыл положить в «тревожный чемоданчик» флипчарт 🙂

Реклама

В августовском номере Аналитического банковского журнала вышла наша с Павлом Лепешкиным (Банк России, зав. сектором Департамента банковского регулирования и надзора) статья, посвященная Положению Банка России №242-П под названием Обеспечение непрерывности деятельности — Мифы и реальность.

Работая над статьей, мы старались максимально избежать пересказа текста Положеня 242-П, сфокусировавшись на практических рекомендациях по построению системы ОНиВД.

Кроме того, людям, имеющим опыт в управлении непрерывностью бизнеса (или ОНиВД в терминах 242-П), но не знакомых близко с Базельскими документами, возможно будет интересно обратить внимание на достаточно подробно изложенную Павлом трактовку понятий операционного риска.

View this document on Scribd

Банк России, который в этом году заметно вырвался вперед по отношению к остальным регуляторам, продолжает поддерживать статус лидера. На этот раз — в части информационной поддержки сообщества.

В 15 выпуске издания «Платежные и расчетные системы» ЦБ опубликовал переводы сразу двух документов в области непрерывности бизнеса в финансовой сфере: «Руководящие принципы обеспечения непрерывности бизнеса» Базельского банковского комитета (Банк по международным расчетам), и «Рекомендации по наблюдению за непрерывностью деятельности для системно значимых платежных систем» Европейского Центробанка.

Первый документ, как известно, послужил основой при выпуске изменений к Инструкции 242-П, поэтому на нем я остановлюсь поподробнее. Второй тоже достаточно любопытно прочитать, среди прочих моментов он дает чуть более широкий взгляд на целевые показатели обеспечения непрерывности деятельности, ставя для ряда участников рынка по главу угла влияние от прерывания деятельности не на их собственный бизнес, а на платежную систему на уровне страны (точнее говоря, Еврозоны). Несмотря на то, что документ ориентирован на финансовые организации стран Еврозоны, прочитать стоит, тем более, что документ небольшой. Единственное, рекомендую читать в оригинале, т.к. перевод этого документа, в отличие от «Руководящих принципов…», сильно оставляет желать лучшего.

Теперь вернемся к «Руководящим принципам…»

Поскольку этот документ во многом лег в основу измений к 242-П, достаточно интересно посмотреть, что из семи принципов вошло в 242-П, и в каком виде. Итак, по порядку.

Принцип 1. Ответственность совета директоров и высшего руководства.
«Советы директоров и высшее руководство организаций несут коллективную ответственность за непрерывность бизнеса организации.»

Принцип безусловно разумный, и, среди прочего, пересекается с рекомендациями BS 25999. Однако, в 242-П по каким-то причинам эти рекомендации не вошли. Тем не менее, основываясь на своем опыте, я бы рекомендовал максимально стараться воплотить его в жизнь — система будет работать горадо эффективнее.

Принцип 2. Крупные операционные нарушения.
«Участники финансового сектора и финансовые органы при формировании подхода к управлению непрерывностью бизнеса должны учитывать риск крупного операционного нарушения. Финансовым органам также следует оценить их собственную реакцию на потенциальные крупные операционные нарушения, которые могут затруднить проведение операций участниками финансового сектора или финансовой системой, за работу которой они несут ответственность.»

Тезис о том, что планы ОНиВД должны предусматривать возможность масштабных ЧС в 242-П вошел, и даже был дополнен ссылками на Российские нормативные документы. А вот рекомендации по поводу альтернативных площадок остались за кадром.

Принцип 3. Цели восстановления
«Участники финансового сектора должны сформулировать для себя цели восстановления, учитывающие потенциальный риск, который они представляют для операций финансовой сферы. Предпочтительно, чтобы формулировки таких целей восстановления были согласованы с соответствующими финансовыми органами или разрабатывались ими.»

Если в «Принципах…» делается упор на возможной влияние на финансовую систему в целом, то 242-П больше сфокусировано на стандартных для анализа воздействия на бизнес аспектах, т.е. влияние на бизнес кредитной органиации, как таковой.

Принцип 4. Обмен информацией.
«Участники финансового сектора и финансовые органы должны включать в свои планы обеспечения непрерывности бизнеса процедуры для обмена информацией во время крупного операционного нарушения внутри организации и с соответствующими внешними сторонами.»

Принцип нашел свое отражение в 242-П (Пункт 7 Приложения 5), хотя и в более общей форме.

Принцип 5. Трансграничный обмен информацией.
«Процедуры обмена информацией для участников финансового сектора и финансовых органов на случай крупных операционных нарушений, затрагивающих несколько стран, должны предусматривать обмен информацией с финансовыми органами, действующими в пределах других юрисдикций.»

Пункт разумный, но учитывая не очень высокий уровень зрелости нашей банковской системы в области непрерывности бизнеса, а также не такой высокий уровень интеграции в мировую банковскую систему — пока не нашел своего отражения в 242-П.

Принцип 6. Проверки (тестирование).
«Участники финансового сектора и финансовые органы должны производить проверку своих планов
обеспечения непрерывности бизнеса, оценивать их эффективность и соответствующим образом совершенствовать управление непрерывностью бизнеса.»

 Здесь 242-П раскрывает вопрос даже более подробно. Единственное, пожалуй, что было исключено — это крупномасштабное тестирование с вовлечением множества кредитных организаций. Наверное, не самое сейчас подходящее время — не все могут выдержать…

Принцип 7. Контроль за управлением непрерывностью бизнеса со стороны финансовых органов
«Финансовые органы должны включать в практику своей работы осуществление контроля за управлением непрерывностью бизнеса для проведения оценки участников финансового сектора, находящихся в сфере их ответственности.»

Этот пункт относится скорее к деятельности самого ЦБ, и появление изменений к 242-П можно считать первым шагом на пути выполнения этого принципа.

Обобщая все вышесказанное, можно рискнуть сделать следующие выводы:

  1. В некоторых аспектах «Руководящие принципы…» оказываются более подробными, чем 242-П, соответственно, и в этих вопросах ими можно и нужно пользоваться. Равно как и другими стандартами, такими как BS 25999, BS 25777.
  2.  «Руководящие принципы…» дают некоторое представление, в какую сторону, скорее всего, будет развиваться регулирование со стороны ЦБ.
%d такие блоггеры, как: